История вольфрамовой мормышки. Часть 2: Москва. Интервью с Владимиром Дробиной

Алексей Дьяченко 16.12.2014 1

Тема: Мормышка

Подготовил: Алексей Дьяченко

Часть 1

Часть 3

Часть 4

 

Владимир Павлович Дробина на сегодня один из старожилов в рыболовном спорте и пользуется огромным авторитетом среди спортсменов различных регионов. Еще не так давно он успешно выступал за команду Московского общества охотников и рыболовов (МООиР), а сегодня состоит в тренерском совете сборной России по мормышке. Появление вольфрамовой мормышки в арсенале рыболовов-любителей и спортсменов произошло практически у него на глазах, да и сам он долгое время изготавливал такие приманки, зная специфику их производства не понаслышке.

19

Мормышка Владимира Дробины — крайняя справа

Владимир Дробина:

Зачинателем российской мормышки из вольфрама был москвич Алексей Шубин. Он делал вольфрамовые мормышки, но так как у него не было возможности их прорезать и сверлить он делал столбики. Заготовка обмеднялась, сверху припаивался крючок и получался столбик. Заготовки различались по высоте, к ним припаивались отечественные крючки и получались идеальные для ловли подлещика приманки. Это было очень давно — в конце 60-х годов, 66-67-й год — и этого человека давно уже нет. На моей памяти был человек, который делал очень хорошие мормышки, но прорезные, а не сверленые. Это был Алексей Иванович Милехин. Он их начал делать позже на 7-8 лет У него была возможность доставать прутковый вольфрам разного диаметра, доставать диски, которыми можно было прорезать вольфрам. И он делал именно прорезные мормышки, они прекрасно работали. Там была нормальная пайка и нормальная гальваника, так что крючки не вываливались. Это были года примерно с 72-го и до 80-х годов. У нас был еще один умелец, который делал прорезные мормышки из чистого вольфрама со смещением прорези относительно центра. В итоге после изготовления и запайки крючка центр тяжести располагался несимметрично и ход мормышки при игре сильно менялся. Приманка уходила сильно в бок и такие приманки пользовались спросом. Например, был у нас такой сильный спортсмен Журавлев, так он пользовался именно этими мормышками. Отличные мормышки в те времена делали ивановские спортсмены. Они делали совсем немного и эти классные мормышки расходились между собой.

Я, Миняйленко начали делать примерно в 79 году. Первоначально вольфрам покрывался гальванической медью, так как сам по себе он обычным свинцовым припоем не паяется. Для того, чтобы на самой мормышке не было меди, а она находилась только в пазике, мормышки сверху покрывались специальным лаком. В итоге прорезь покрывалась медью, а сама мормышка нет. После пайки лак смывался в растворителе. В те времена его просверлить практически было невозможно. Сверленые мормышки, но не из чистого вольфрама, у нас появились, когда у нас появился сплав ВНМ — вольфрам-никель-медь и ВНЖ — вольфрам-никель-железо. Чем они отличались? ВНМ после сверления и пайки после гальваники темнел — сама мормышка окислялась и темнела. А ВНЖ не темнел и из него получались блестящие мормышки, которые годами не тускнели.

Где-то в начале 80-х годов Василий Иванович Миняйленко начал ВНМ и ВНЖ сверлить. Делал отверстие под леску и отверстие под крючок, которые соединялись. Они покрывались медью, потом от меди отошли и стали покрывать кадмием. Они становились под серебро. А чтобы леска не рвалась о режущие кромки отверстия, его лудили, а потом развальцовывали эти борта. В те времена у нас была группа людей, в которую входили: Петров, Радзишевский, Яншевский. У них была возможность достать металл и они начали делать такие мормышки в больших количествах и что то на них зарабатывать. До этого в больших количествах вольфрамовые мормышки мы не делали.

Переход с пазиковых на сверленые мормышки объяснялся просто. Для того, чтобы сделать пазиковую приманку полноценной, приходилось заполнять прорезь под крючок и леску полностью оловом. А оно намного легче вольфрама. Соответственно, в основном из-за выигрыша веса сверление оказалось предпочтительнее. При пайке сверленых мормышек в отверстие для лески вставлялся вольфрамовый пруток диаметром 0,3 мм и после пайки он вынимался. Оставалось тонкое отверстие, края которого можно было развальцевать, чтобы не резали леску. Самые лучшие мормышки делались из чистого вольфрама, отверстия в которых прожигались электро-эрозионным способом. Были станки с очень тонкими электродами, которые прожигают насквозь. Прожиг мормышки с трех сторон на отечественном станке позволял делать до 100 штук в день. Он был очень продуктивен, но беда в том, что в России этих станков нет уже давно, так как они работали на таких лампах, которые сейчас уже давно не найти. Их нет. И выход из строя одной лампы останавливал весь станок. Поэтому мы делали чисто вольфрамовые мормышки пока работал этот станок, а когда он перестал работать, мы перестали делать мормышки из чистого вольфрама.

Василий Миняйленко именно сверленые мормышки начал делать в 81-82 году именно из сверлившегося металла ВНЖ и ВНМ. Лучше, конечно, ВНМ по простой причине — металл более мягкий и легче сверлится. Покрытие для нас не было проблемой, так как я работаю в течение 45 лет в НИИ, где у нас прекрасная гальваника. Что такое хорошее покрытие медью? После нее можно покрывать чем угодно. Можно наносить никель, латунь, кадмий «под серебро». Есть медное покрытие, которое выглядит как полированное покрытие, есть никель тусклый и есть блестящий, который блестел годами. Это потому, что люди, работавшие у нас на гальванике, были спортсменами. Например, зам.начальника цеха был Николай Лукоянов. Поэтому покрыть пару сотен мормышек для них ничего не составляло. У нас не было золоченых и серебрёных мормышек потому, что в те времена эти покрытия были закрытыми.

Поэтому не было такого, чтобы мы не знали чем покрыть, чем паять. Например, все хорошие мормышки должны были паяться ортофосфорной кислотой однозначно. Стопроцентная кислота делится с водой 1 к 1 и паяли только ею. Потому что только что покрытую медью мормышку еще можно паять, но если прошло какое то время, начинают образовываться окислы. А кислота их снимает. Вытачивали тела только твердосплавными резцами, потому что другие просто не выдерживают точение вольфрама. Кембрик в мормышку ввели в свое время ввели ивановские рыболовы. Был такой Анатолий Михеев. Чтобы ввести кембрик в отверстие нужны определенные не любые свойства изоляции, чтобы изоляция не рвалась, а очень сильно растягивалась.

Мы делали очень малое количество мормышек. Это было связано с трудоемкостью, потому что мы работали на производстве и у нас кроме мормышек было огромное количество производственной работы. Мы делали мормышки в свободное время — появилась минутка свободная, делали. Это были не тысячи, конечно, но 2-3 сотни в месяц делали. Если бы мы только этим занимались, это были бы тысячи.

Алексей Милехин делал прекрасные прорезные мормышки в довольно больших количествах, а вот сверленые мормышки из сплавов делались в меньших объемах. Это было связано с тем, что нужно было найти людей, которые бы этим занимались, ведь мы то сами были производственниками. В больших количествах мормышки появились, когда появилась фирма. В ней работал старший тренер теперешней сборной, работал Яншевский, Петров. Они нашли станки, материал. Но несмотря на то, что мормышки были не дорогие, они прогорели. Почему, не могу понять, но они сделали не одну тысячу мормышек и тем не менее это не пошло. Поэтому большая часть изготовлявшихся нами тогда мормышек в силу количества расходилась преимущественно среди спортсменов. Те мормышки, которые мы делали сотнями, мы делали под очень хорошие крючки. Была возможность в те времена покупать очень хорошие норвежские крючки. Поэтому сделанные тогда мормышки работают до сих пор. И те наши мормышки не шли на продажу, а расходились между спортсменами, менялись на хорошую леску.

Те мормышки Василия Ивановича Миняйленко, которые шли в заметных количествах на продажу, были не совсем его. Это его горе и его беда — старший сын пошел в армию и вернулся из армии инвалидом. И старший сын делал эти мормышки, а не Вася. Под его контролем, конечно, мормышки Миняйленко, но не Васи, а Юры. Потому что ему надо было как то жить. И Юра Миняйленко до сих пор в небольших количествах мормышки делает. Это раньше было на уровне нескольких сотен штук в месяц. Он купил хороший токарный часовой станок, посадил на него сына и тот этим занимается.

Наиболее выгодно было мормышку делать круглой. Потому что на нее меньше всего уходит материала. Но есть одно но — если я все время буду делать только дробинки, их перестанут покупать. Поэтому надо делать какое то количество шариков, а какое то — овсинок.

Из чистого вольфрама делал мормышки Милехин и еще несколько человек в Москве, а Василий Иванович и еще одна фирма делали из сплава. У нас в институте делались из чистого вольфрама потому что был станок. Разница в материалах ощущалась заметно. Мормышки из ВНЖ теряли порядка 19 процентов веса, а из ВНМ теряли около 15-16 процентов веса в сравнении с чистым вольфрамом. И все попытки делать мормышки более массово упирались в оборудование.

Когда мы начинали, делали мормышки, которые имели плоскую верхнюю поверхность. Получалось зерцало, которое блестело, играло и привлекало рыбу. Это очень трудоемкий процесс и потом стали делать уменьшенную версию, но эффект был тот же самый. Это делалось только для привлечения рыбы, для игры. При игре такая приманка уходила от вертикальной оси и, как правило, при остановке, когда она возвращалась, следовала поклевка. Само собой, это улучшало засекаемость, но идея была не в том, чтобы рыбу засечь, а чтобы привлечь, так как засечка достигается и за счет крючка.

Увы, многие, кто занимался мормышками в больших количествах, сегодня уже ушли из жизни. Вольфрам, который попадает в организм, не окисляется. Это беда и Васи Миняйленко и Бориса Ивановича Симагина и Милехина и многих других, кто этим занимался. Они получали в свой организм такое количество вольфрама. Нужна была мощнейшая вытяжка, чтобы все вытягивалось, а не попадало в организм. Иначе в конце концов это вызывало рак. Те люди, которые начинали работать с вольфрамом, практически все умерли от рака желудка. Я знаю по крайней мере несколько человек, которые занимались вольфрамовыми мормышками и не дожили до пенсии, как Василий Иванович Миняйленко.

One Comment »

Оставить комментарий »

You must be logged in to post a comment.